Прекрасные далекие острова

Прекрасные далекие острова

Прекрасные далекие острова

Само собой, через двадцать-тридцать лет первого апреля я одену темную майку, нажму на контактор и на спине переодически будут появляться белые пятна. Нарежу цитрусовых веток и сообщу жене, что пошел в баню...
   Не пойду. Буркну встроенному в башку или в задницу чипу и паспорту команду и мой наномобиль трансформируется в круглосипед для езды под горку. Канал «Новость в ухо» будет вяло шутить о погоде и голосом председателя всемирного банка «Гуль жебабе лень» Янь Ю Римшевича пообещает отменить налоги на пиво и азоновые дыры.
   Заеду к приятелям на побережье. Разбужу. Они сделают прозрачными оконные проемы и поставят самовар... Потом – купаться.      Легко подхватывает  волна Атлантики. Над еще полупустым пляжем болтается никому уже не нужная электронная зеленая звездочка указателя хорошей погоды. И рыбы, разноцветные, пуче- и впалоглазые, будут таращиться на нас, то подплывая вплотную, то стремительно уходя к самому дну. Поймаю, а потом отпущу у волнореза крабика.
   - Ладно, - скажу. – У меня сегодня общественные работы в парниках. Увидимся через часика четыре...

      Вроде пока все неплохо выглядит. Поступки вчерашних дней настойчиво требуют моего незамедлительного присутствия на острове Тенерифе в качестве работаюшего пенсионера без пенсии, но с правом на еду и воду без ограничений.
Из ненаписанного:
«... года назад, я, уже сорокалетним очкариком, взял да и вверил свою судьбу блистающему «ягуаром» известному в стране сеньеру. Доверил так, что подготовив на волосатой груди место для татуировки «али мы не князья», прибыл в мелколатвийский банчок пострусскоотмывного переода и обьявил о своем непоколебимом желании заложить совместно нажитое с супругой имущество за шестьесят процентов от его рыночной стоимости. И получил таки на расчетный счет фантастическую для меня тогда и сейчас сумму в двести тысяч ...
   Совершенно бессмысленно прозябая от невыплаченной зарплаты до обещаний аванса, я внезапно вознесся на сверкающие бриллиантовыми перстнями  вершины экономической богемы. И показалось мне, что стоит лишь сделать шаг и мир, как старый дворняжный кобелек, станет мне послушен и подвластен...»
   Я полагаю, банк придумает, как списать эти деньги по сходному тарифу. То ли война, то ли клад найдется, а может все же, исчезающий все время в голубых далях Гонконгских командировок инвестор, помимо твердого «Да», еще и выдаст нам средства для строительства в стране современного производства товара с ценой продукта, пока еще определяемого мировой товарной биржей.
   Вобщем переезд предопределен. Какую-то значительную часть глубокой зрелости я планирую провести посреди океана поближе к экватору. В районе 28-го и 16-го градусов долгот и широт. Причины ясны и прозрачны, как слезы умытого нищего.
   Ну и правнуки какие-то видятся мне. Согласен даже на желтых, черных и латышских. Лишь бы были здоровы головой и телом и женились по любви, как их дедушка в свое время.
   Им будет где жить.
Из ненаписанного:
     «... где-то в глубине мне понималось, что Большой Инвестор заканчивается на обратных билетах с Канар. И бизнесмен из меня такой же, как из мушиного брюшка гламурная шляпка.
   И мы купили дом. Не совсем тот наркобаронский замок, что я присмотрел в интернете. Скорее совсем не тот. Без собственного сада и виноградников. Без личного бассейна и отдельной комнаты для попугаев... Даже вид  на океан, с соляриума нашего приобретения проникает в душу лишь в изрядном подпитии и при наличии достаточно буйной фантазии. Однако, это действительно дом. Созданный из некоего подобия твердого материала в  престижном тихом районе  курортного городка на островах.
    Купили, не смотря на жалко -  отдавать посредникам  столько денег. Но, как говориться: стали ж..й к совести. Лицом-то к сердцу повернулись. И маме моей  приглянулся теплый остров и папе и жене. Вообще хорошо, когда зимой цветы искрятся  на каждом углу. И пальмы, цепляя плодами небо,  просто торчат из бывшего вулкана. И финики, финики, финики... или фиги – черт их роазберет...»
    «А вам не будет там скучно»? – часто спрашивают меня. Да ладно, ребята. Я два месяца сторожу старый диван своей гостинной. И ничего. Даже привык...
   С минуты на минуту, лет через семь-восемь, у нас народятся политики не скрывающие, что знают еще какой-то язык, помимо латышского. Что-то прочтут и запомнят из Маркса, подтянут к себе не доморощенных бизнесменов-самоучек, а экономистов учившихся в Гарварде и тд, выберут уже наконец «Царя» или «семью» навсегда, посмертно, которым будет просто невозможно профукать место, в котором они живут и плодятся и потому годных для развития страны в целом и подданных в частности.
    Разве после всего того, что мы прошли и еще предстоит, нашему человеку может быть где-то скучно? А наномобиль на взятых в лизинг Вечных батарейках? Взял и прилетел. А отсутствие таможен, всвязи с развеиванием мифа о неуничтожимости наркокортелей. А вступление уже наконец не в НАТО, а во что-то поболее необходимое населению. Я уже не говорю о всеобщем избирательном праве. Еще не голодный, но уже злой народ, мог бы и проголосовать с пользой заметной для себя.
   Опять же Евросоюзу откажемся платить. Потребуем, чтобы они признали нашу «моральную и финансовую оккупацию» и подадим на них в Лунный суд...
   На Марсе начнут разводить сьедобных бактерий; ледники расстают и затопят всю Европпу, кроме Юрмалы; воду перестанут продавать, потому что каждый узнает, что «самогонный аппарат» в себестоимости – дешевле двадцати бутылок «Мангали»; кто-то проболтается, что никакого СПИДА не было и на этом фоне в аптеки  больницы наконец поступит лекарство от рака; в Риге разрешат валяться на газонах; всех солдат отправят на пенсию или на войну; отменят зоопарки; я – брошу курить; Медведев, опять сменит президента Путина; в Зилупе поставят памятник Неизвестному дальнобойщику; в Риге – Русскому человеку (может – писателю?); в школах появится новый предмет: Право Свободного Выбора; министр сельского хозяйства смекнет, что журналисты и население и так знают почему весной поджигают жухлую траву; «и укаждого в доме будет собственный... патефон»...
   После всего этого можно и отдохнуть. Тем более, что я собираюсь и там работать. Работа-то найдется?
Из ненаписанного:
   «Девятиметровая посудина гордо утвердилась у пирса, между деревянной, старой до эксклюзивности, яхтой и гоночным желтым катерюгой. Батя стоял на корме и упирал в бока руки. Слишком новая капитанка на его голове, ни о чем мне пока еще не говорила.
   Мы прошли вдоль береговой линии. Погонялись за дельфинами. Поймали пару сардинок.
   - Это ручка газа. Это штурвал. Тормоза нет. – В инструктаже, я был краток, как неопохмелившийся боцман. Упомянул навигацию, эхолот и магнитофон. Зачем-то спросил:
   - Какой ракетой надо стрелять прося помощи? – Папа задумался.
   - Не парься, - сказал я . – Никакой ракеты у нас нет. – Есть спасательные жилеты и холодильник с пивом. Звони по мобилке, координаты возьмешь отсюда.
   Я ткнул пальцем в навигацию и прикурил сигарилку. Папа кивнул и встал к штурвалу. За пол часа мы домчали до острова Ла Гомера...
   - Не подходи близко к скалам – это главное. – На этом практические занятия были закончены.  «Так и пиво нагреется», – подумал я и вернул нас в марину сам.
   Потом были клиенты. Протом гости. Я покатал жену и детей, сходил на рыбалку. Все это время, отец был рядом. Изредка подходил к пульту управления, задумчиво трогал рукоять реверса...
   Мне уже было пора улетать, когда он вдруг сказал: « А это что, тахометр что ли»?
   - Нет папа, это у нас бензин кончился. – Время пролетело незаметно. Где-то в небе уже громыхал мой самолет на подлете Сюда и стюардесса гадала в кофейной чашке сколько пьяных «трупов» поступит на борт в этом рейсе, а я с ужасом смотрел, как батя привязывает стоящий у пирса  катер «на бантик».
   Слово «кранец» было ему незнакомо. При пробной швартовке мы с маху ударились в бетонный волнорез, подрезали выходящую яхту. Вперлись в носовой крепежный конец стоящего рядом судна и намотали его на винт. Ободрали борт.
   Задний ход был нам неподвластен, малый тоже.   Я был спокойнее дохлой рыбы. «Научится.  Он же ходил в море. Первым помошником...»
   Как это здоровски просто. Подойти к толпе выходящих с чартера русских и бурча извозчьим шопотом « прогулки на катере, двести уе в день...» раздавать флаерсы с номером телефона... Накопить на лицензию. Катать детишек на «банане» и с бывалым видом оттопырить губу: «Нет, сегодня уже клевать не будет. Циклон, мать его якорем.» Бросить его (якорь) в бухте Маска и задрав голову смотреть, как чайки гнездятся в гигантских скалах. В сиесту, прилечь на диване и закрыть глаза под шорох бьющейся о борт волны...
   Через три недели после моего отьезда папа и жена решили заправить катер и выйти в море. В Атлантику.
    -  Ну как? – надежда, раненой птицей, трепыхалась в моем голосе.
    -  Нормально. – ответил скайп. –  Вышли нам лобовое стекло и крышку бензобака.
   Ну с крышкой – ясно. Она всего лишь намертво была прикручена к борту и пропасть не могла в любом случае. Одноко ж пропала. А вот как в ОКЕАНЕ можно разбить лобовое стекло? Этому не учат ни в одной мореходке. Я уж, грешным делом, подумал на производителя: « А еще уважаемая фирма...» Но жена меня просвятила. Все просто. Надо попытаться галсировать и следить за стайкой летучих рыб. Поправить капитанку и отметить место на новигаторе. Можно что-то говорить и оттопыривать губу... Но самое важное, при этом: не заметить идущую на тебя пятидесятитонную яхту и,  проскочив у нее под носом, зацепить стеклом и крышей свисающий с носа якорь...»
   Так что будет чем заниматься. Туристы уже заждались...
   И друзьям моим нравится «английский вариант». Дело в том, что уже сегодня многие англичане работают с понедельника до четверга в Лондоне и северней, а потом прыгают в самолет. Фють. И за тридцать-пятьдесят евро долетают до своего дома и семьи. У нас в Юрмалу на такси сьездить дороже.
   И мы будем валяться на пляже и искать русскую библиотеку. Есть королевских креветок толщиной с граненый стакан... Возведем церковь и построим мост. Нет. Не такой дорогой, как наш «северный». Намного дороже. Мост между людьми и поколениями, между белыми и негражданами, между мной и тобой.
   Если, конечно, доживем.

ANDREJ KRILOV
1 апреля 2009.
  
AndrejKrilov@inbox.lv

Возврат к списку