Грустная биография Марка Лотарева.

Все Стихи (справа), обрывки которых приведены ниже, взяты мной без разрешения Марка с его личной странички в и-нете http://mark-lotarev.narod.ru,, а стишата (слева), если таковые родятся в процеесе – мои конечно. Заранее извиняюсь и за растекшееся по тексту первое и «сырое» второе...
  А в полночь на манеже
  Под шелковым шатром
  Сбываются надежды
  Из дальнего "потом".
  Шаги лошадки реже...
  Но видится, маня –
  У самого манежа
  Есть место для меня
  Из отчета в Москву:
«… на Украине, наша  экспедиция стала прирастать дополнительными ресурсами. Вместе с Сашей, откуда-то из жары возникла четвертая машина, проявились и уже не исчезали Ира и муж ее - Писатель. Он, кстати, здорово напугал меня в Коблево: остро глянул в глаза и попытался заговорить о Литературе, даже рифмы какие-то его  померещились мне в ночи. Слава богу,  мы тут же взяли еще две беленьких и музыка взревела  штормом ритма семидесятых. Короче – обошлось.  Могучий стальной рубль луны, убегая ввысь, потихоньку становился медной копейкой и…»
   Вот так, в прошлом году, мы познакомились с Марком. «Что гложет его изнутри?» - думал я засыпая, ухватив закрывающимся глазом тарелку креветочного салата...
   Почему он Писатель? И кто отучил его закусывать? Откуда они вообще берутся – Писатели южных промышленных городков? О чем пишут? Не тяжело ли ему – при такой комплекции –  носить усы и от чего на его личной страничке в и-нете две головы: женская и мужская?
   Поищем ответы.
  Кем доводится мне кошелек?
   Как и я, он совсем не глубок.
        Пару пальцев запустишь в него –
   Ничего, ничего, ничего...
   Марка породил Сергей. Нет, не то чтобы Сергей Александрович Бобриков и глава «Комуса» доводился Марку отцом или отчимом... Просто в один прекрасный денек (а погода, меж тем, была премерзкая) он вдруг вздохнул тяжело, погладил шершавый воскресный подбородок и согласился помочь в издании книги «Круг Судьбы». И книжка вышла. И помимо текста о похождениях и проч, там было ясно и четко написано между строк: Марк – Писатель. Рубленым «Агатом» (если кто разбирается в шрифтах). И «цицара» конечно, пунктов эдак на восемьнадцать...
   Выше – терминология газетная, времен свинцовой отливки буквенных символов и матранпажей, выпускающих «номер»  и телетайпа.  Это было время Слова. Слова и Дела. Время, когда можно было ничего не делать и писать. Голод, во времена которого, мы могли, порой, есть черную икру ложками и скучали по колбасе, писали ей оду и стыдились ее отсутствия на праздничном столе... Время, когда на очень посредственную зарплату человек мог приобрести пожизненный запас жареных семечек и бесплатно состариться в очереди у Мавзолея Ильичу.
    Марк «родился давным-давно». Он помнит это время. Где-то между попыткой «овладеть звездами» на физфаке МГУ и пересдачей документов на отделение психологии тогоже ВУЗа к нему пришло Открытие, перешедшее в уверенность – сдаешь сто двадцать бутылок из под водки и можно смело становиться писателем. А что еще делать? Доходы позволяют!
    К великому горю и страданию почитателей его творчества, мы должны отнести период с 1991 по еще плюс пять-шесть-семь-восемь лет к творческому застою Марка, как писателя-эквилибриста звездочета. В эти годы, ему пришлось покинуть хлебную должность вахтера на Артема 46, что в Харькове, перестать, так сказать соблюдать моральный облик и безликое имущество сограждан геологического факультета ХГУ и уйти из литературной вольной степи в холмистую, полную треволнений и буераков, географическую точку постсоветского вандализма под названием БИЗНЕС.
    Марк , как и все занимался бизнесом и совсем преуспел, а потом нет. И снова стал писателем. Это если по сути. А мы, как смотрители его судьбы, должны отметить нижеследующие факты его биографии:
   Торговал в ларьке – и преуспел.
   Написал и продал сборник анекдотов – и преуспел.
   Издал сборник стихов и комиксов – и подался в челноки.
   Создал институт Российской прессы в восточной Украине – и наконец снова подался в писатели.
52c538ba6b93552523e4e48c1b3aca13.JPG

Не писательское это дело- все время в поезде ехать. Да и материалу поднакопилось...
  « Это было уникальное время. Будущее было материально определено, обеспечено и незыблемо на долгие годы (как нам тогда представлялось), и можно было безмятежно заниматься литературой и искусством. Пусть и без шансов на публикацию, зато и без необходимости зарабатывать на хлеб насущный. »                                                                                        
    Кем доводится мне пылесос?
Это тоже занятный вопрос.
     Если б череп мой кто-то открыл,
Обнаружил бы мусор и пыль.
   
   У Марка язык непьющего человека. Когда он прищуривается на зеркало вопросом: «уж не писатель ли я?», это значит, что он трезв и, к сожалению в этот момент он и садится за руль, то есть за стол.
   Я однажды видел его «под шофе» - вполне приличный малый с хрестоматийной фигурой пьяницы-вегетарианца. И деепричастные обороты у него перемежаются с метафорой и прозванивается юморка колокольчик. В эти моменты даже я верю в то, что ему – к столу. Но он не пишет. Записывает ли – не знаю. Точнее знаю, что записывает и даже растрачивает эти свои записи в романах, однако, на биографию он записей явно пожалел. Тут видимо сказался комплекс золотого медалиста 54-й средней Краснодарской школы – без экзаменов прорвемся.
  К тому же Марк психолог по образованию. Звездочет и психолог. Именно такой симбиоз смог породить выплестувшееся на страницы «Круга Судьбы» перлы, произросшие от однажды увиденной им в ЦУМе скульптуры: «Скульптура Свинья».
   «Мы пили век на брудершафт», пишет он в автобиографии – скучнейшем памфлете на свое все. Написанном в приступе великой жадности к слову и нежеланием им (Словом) поделиться с читателем.
  Но мы же с вами ищем ответы. Значит не наша задача растрачивать себя попусту на пересказ биографии главного героя. Мы только должны выяснить, отчего он, упоминая о чешском пиве вдохновенной строкой, вдруг кандово и коряво продолжает: « А еще, зимой в общаге молоко в пакетах, стоявших на подоконнике над моей головой, к утру замерзало, и мы веселились, кладя утром кусок молока в кастрюлю, чтобы его растопить...» Рас-То-ПИТЬ...
   «Закусывать надо»! -  Гаденько кричит героиня старого доброго Кино.  И мы должны с ней полностью согласиться. С такой фигурой - и не закусывать. Куда ж тут пить-то?
   А если не пить, то как писать?
   
Я верю в пивную бутылку
С утра на похмельном столе
И в ложку я верю и в вилку
И в мысль, что вчера был вполне...
Я в винную верю бутылку,
В сиесту – в полуденный час.
И в мысль, что успеха копилку
Примчит мне крылатый Пегас.
В коньячную верю бутылку.
В вечерний могучий поток...
Ты дай мне с утра по затылку.
И пива.
   Хотя бы глоток!
Вы согласны со мной, читатель?  

  Я себя вопрошаю не раз:
  Кем доводится мне керогаз?
  Он, как я, и чадит и коптит,
  И, как я, он на что-то сердит.
  Да не нужно ваше согласие. И мне ни к чему и Марку.
   Прищурьтесь. На фото две головы: Ирина и Писатель. А Ира – психолог. И уж мужа-то своего вылечить ей удалось, надо отдать ей должное...
    Я так и не смог понять, за каким чертом они срочно перебрались в Харьков на выселки. Но теперь проживают там, хотя, пока я страдая строчу этот текст в Риге, Марк вторую неделю ошивается в Москве. Интересно с женой или без?
   С другой стороны, не стоит все: Хлопушки, Рогатки, Рейтузы с коленями горбылями, Букварь на украинском, книжки попроще..., словом, все-все из чего устраивается литературная нотка человека, пересматривать под призмой союза двух сердец. Тем более, что брак этот оказался удачным. И слово «любимая», у Марка стоит отдельной строкой и на видном и явно заслуженном месте. Он пишет: « Мне очень повезло с женой. Она всегда с пониманием относилась к моим занятиям и странному образу жизни..»
  Все дело в том, что судьба поселила его с поэтом Апполинарием Разваловым в одной комнате в общаге. Образовала в их комнате за № 1110 «Клуб с Президентом»,  столкнула с внуком Никиты Хрущева – Никитой Хрущевым, создала Лит Асс им Килгора Траута с Эрнестом Урагановым и Франсуа Бугаевым и намекнула на необходимость соответствовать всем этим людяи и обстоятельствам побольше читая хорошей литературы и посещая хорошее кино (что в те времена было совсем нетрудно). А Марк, к тому же, еще и в театр кукол Образцова ходил.
  Ну как тут не стать в строй. Тут и лошадь бы встала. (Шучу-шучу. Это потом можно вырезать.)
    Кем доводится мне водопад?
    Как и я, он не смотрит назад.
    Как и я, просто падает вниз,
    Разбиваясь на тысячу брызг.
 А  еще, у нашего героя есть автограф Элтона Джона. «Н а первом из выступлений я даже мог ухватить Элтона за шаровары ». – Пишет Марк...
  Вот так, братцы, и родятся великие. Ухватил судьбу за фалды-шаровары и скоро-скоро вам уже предстоит прочесть новый, помимо «Круга Судьбы» литературный кульбит Марка. Сам я еще не читал, но Леня (кто его не знает?) хвалил мне мысль...
Кто не знает Леонида?
Жизнь его, как миг – проста.
Три дня пить его планида
И на сутки немота...
Ну да бог с ним.
 Жаль, что в «биографии» Марка так мало места уделено его родителям. Я смог запомнить и дословно воспроизвести только одну фразу: «По окончании МАДИ отец работал в послевоенной Эстонии, где еще орудовали лесные братья, но сумел завоевать уважение эстонцев при всей их нелюбви к советским «оккупантам».»
    Видимо далее по тексту, я должен перечислить все прочитанные героем книги и просмотренные  кинофильмы. И я сделаю это, честно «передрав» этот список из опуса Марка.
Вот он в расширенном виде (чтоб никто не сомневался): «... (Маркес, Камю, Хемингуэй, Фолкнер, Фицджеральд, Натанаэл Уэст… полный список займет не одну страницу). И смотреть хорошие фильмы. Именно Развалов открыл для меня замечательный литовский кинематограф – Желакявичуса, Грикявичуса, Гедриса, Жебрюнаса, у которых снимались великие актеры литовской школы Бруно Оя, Банионис, Адомайтис, Будрайтис, Томкус, Бабкаускас, Масюлис… Великих поляков Вайду, Кавалеровича, Занусси… От Развалова я впервые услышал о Милоше Формане («Полет над гнездом кукушки»), благодаря ему я открыл для себя замечательных французских актеров Лино Вентуру и Патрика Деваэра.
Наверное, я почувствовал, наконец, свое жизненное призвание. Под влиянием большой литературы и большого кинематографа в 1978 году я начал писать небольшие рассказы, а в 1981-м у меня появились первые стихи, которые и в сборник можно включить.
В общем, вместо учебы на психолога, я полностью погрузился в литературу, кино и картины мастеров, представленные в собрании Музея Изобразительных Искусств им. Пушкина. С тех пор очень люблю московское собрание импрессионистов и постимпрессионистов.
Отличная библиотека гуманитарных факультетов МГУ давала нам самые широкие возможности ознакомиться с мировой литературой: от Сэй Сёнагон и Басё до Стругацких и Фазиля Искандера. В кинопрокат попадали великолепные ленты таких мастеров, как Тарковский, Антониони, Бертоллучи...»


      Душ родство и родство хромосом.
 Я созвучен чему-то во всем,
 Повторяясь во множестве лиц,
 Суть моя не имеет границ.
   От себя добавлю, что пишет он гораздо лучше многих и хоть его пока  не стоит ПОЧИТАТЬ , но почитать можно. Тем более что он уважает своих читателей и каждому поговорившему с ним о его киге вполне может теперь  и проставиться.
ЕЩЕ РАЗ СПАСИБО СЕРГЕЮ АЛЕКСАНДРОВИЧУ.
(Марк, не учись у меня подхалимажу...)
Кем доводятся мне провода?
    Как и я, держат путь в никуда.
Созерцая столицы и глушь,
     Пропуская величье и чушь.
  Вот тут, с вашего разрешения я и поставлю точку, а точнее «цицару», пунктов эдак на восемнадцать...
   Да, совершенно забыл сообщить, что эту штуку - «цицару», в газетах обычно ставят там, где хотят подчеркнуть важность новости или действа. Но чаше всего, просто там – где сказать больше нечего, а место есть и точку ставить еще рано...
   Читайте Марка Лотарева.
    И вот теперь – точка  .
Дим Дим
Март 2009.
:D

мой "Квасдопил"

если вы ходите в баню, то это для вас
Файлы:
01 Track 1.wma (477.96 КБ)
02 Track 2.wma (4.23 МБ)
03 Track 3.wma (2.76 МБ)
04 Track 4.wma (3.37 МБ)
05 Track 5.wma (3.55 МБ)

Германия, Альпы. 2015 год, январь.

Кристофер выслал фотку. Мне понравилась.
36b0b0d577df70001d5187344a1f9560.jpg
Андрей Петрович Паршев и его тёзка Андрей.

ОГОЛТЕЛЫЙ ОПТИМИЗМ (отрывок из байки )

преследует меня в последнее время в образе нового сотоварища  в приключениях и подвигах финансовых и ратных. Он прям таки ортодокс этого дела, у него радужные надежды: фетиш, религия на подсознательном уровне…  
  Он, к примеру, говорит: Завтра мне привалит счастье! А в слух при этом произносит (рот до ушей): «Она приедет ко мне завтра в одиннадцать тридцать!» Далее, она прибывает, согласно расписанию полетов, занимает у него (читай: у нас) последнее на покупку новой майки, осматривает с ним тусу вечернюю и ночную, ближе к утру они идут в постелю и через пару дней мы ее больше никогда не увидим, а у него такие рога потом – в автобус не зайти. Перебодаешь всех.
  А он – улыбается и начинает названивать следующей...
  Пример этот тусклый, без искры и в общем-то даже где-то злой, а я ведь хотел сеять доброе, прекрасное, светлое – в крайнем случае… Так что название байки оставлю – жалко выбрасывать (мы его в Турции на волейболе сделаем вымпелом нашей команды) – а отчитаюсь про что-ньть другое.
  Сергей, спасибо ему– занял мне крупную сумму оборотных средств и пошел играть в волейбол, а мне пришлось ехать за товаром… А в мире, меж тем, происходили поразительно жуткие вещи: Японию -  колбасит, темнокожие люди посылают белых собратьев отнимать нефть у темнокожих людей, взрывы в метро и латыши, кроме шуток,  поднимают цены на электроэнергию прямо с первого апреля еще на 22 процента.  Цены на прикупленное барахлишко стремительно падают на всех биржах мира, транспортные расходы растут, а испанцы, отправляясь на сиесту, ограничивают скорость на дорогах до ста десяти км в час…
- Что везем? – В Португалии, на автобане нас догоняет машина с мигалами и нудит свернуть в «карман».
- Личные вещи… - Вы же понимаете, что диалог этот происходит с одной стороны на португальском, а с моей – на смеси английского, русского и маленько уже испанского.
- Чья эта машина. – Дядька в светло-синем с добрым загорелым лицом вдумчиво стучит по бортам нашего «коминьена» (грузовик  - так по испански) и лыбится.
- Си, сеньер, итс май коминьен. Мучо фингс инсайд  из олл май…
- Бла, бла, бла… - Это он хочет еще поговорить смешно «жокая» акцентом, поджидая, когда подъедут  люди: на черной машине – в черном, на синей машине – в темно-синем, на зеленой машине – в крепко-зеленом и с автоматами в руках. Все они будут улыбаться, говорить в рацию, по приятельски хлопать коминьена по разным частям туловища, целить зачем-то в меня из огнестрельного и… - Блаж, блаж, блаж…
  Хотят заглянуть внутрь багажного отделения.
-  Черт с ними, пусть зырят. Кто только уже не рылся у нас внутри и в том  порту и в этом…
  Народ по очереди заглядывает в чрево и некоторые с опаской и без всякого энтузиазма щупают  уже дважды выпотрошенные их предшественниками-коллегами чемоданы, лежащие у входа. Внутри жарко и пыльно, бирюзовое небо весенней Португалии пахнет сажей и обоймой канистр с запасной соляркой. Какой-то мерзавец в гражданском рьяно прется в глубь, шуршит пакетами с около ветеринарной хренью и, оступаясь на сумке с ноутбуком, сует свои ботики в ящик с моими зватраками, обедами и ланчем. Помидоры жалко. Я навожу на служивых палец и намекаю:
- Да задолбали вы имущество топтать. Выгружайте все нахрен и зырьте тогда…
  Они ищут пых… наверное. Я придерживаюсь версии, что у меня его очо (восемь) блоков, хотя предьявить могу только сьете – скурилось остальное на пароме. Разноцветные военные с недоверием смотрят на дешевый прайс хреновенького, прямо скажем, пыха и вступают в пререкания, мол провозить можно только один блок…

9081c799c915cb2d047562618cf79cca.jpg
 Раздавленные помидоры придают нашей дискуссии аромат деревенского торга.
- Возьмите и заберите шесть…
- Ной (нет).  – Вряд ли люди с твердым окладом станут курить такое. – Ной и еще раз: ной.
- Пачку сигар не отдам – в презент везу… заберите что даю и отстаньте.
- Ной…
   А у меня и в правду более ничего для них нет – я свое уже отсидел по этому поводу, так что беседовать мы можем бесконечно, спокойно, безрезультатно…
- А что еще вы везете? – Груз задекларирован и правильно оформлен, но бумаг никто не спрашивает… или я не понимаю, что спрашивают…
- А сколько еще вы везете? А вы уверены?
- Я ем шур. Возьмите шесть и…
- Ной…
    … тормоза в ночных испанских горах отказали на въезде в город…
Дим Дим
Апрель 2011.